Главная страница сайта   Библиотека   Содержание בס"ד

Рав Ицхак Зильбер «Беседы о Торе»

Кедошим

В главе «Кедошим» («Святы») говорится, что каждый еврей обязан быть святым. Она содержит пятьдесят одну заповедь и насыщена предписаниями и запретами: слушаться (букв. «бояться») родителей, не проявлять интерес к обычаям идолопоклонников, не есть мясо жертвенных животных в неположенное время, не употреблять в пищу плоды дерева в первые три года после посадки, уважать пожилых людей и мудрецов (знатоков Торы), соблюдать точность в мере и весе... Мы остановимся лишь на некоторых.

Итак, предыдущая глава закончилась требованием «не оскверните себя... Я – Г‑сподь, ваш Б-г». Новая начинается предписанием: «Будьте святы, ибо свят Я, Г‑сподь, ваш Б-г» (19:2).

Какая разница между словами «не оскверните себя» и «будьте святы»? Вроде бы это одно и то же, как призывы «не пачкайтесь» и «будьте чисты». Но также, как существует разница в оттенках во второй паре выражений, есть и разница в уровнях – в первой.

«Не оскверните себя» – это нижняя граница святости. «Будьте святы» – это указание на то, что в святости можно подниматься все выше и выше. Существуют разные уровни святости, и им нет конца.

Рамбан в комментарии к началу этой главы говорит, что есть люди, которые формально не нарушают заповеди Торы, – но при этом манера их поведения мешает достижению святости. Таковы непристойная, развязная речь, обжорство, неряшливость, пьянство, похотливость. Можно, увы, быть низким человеком и в рамках законов Торы.

Так вот: глава «Кедошим» говорит о более высоких вещах, чем только «не оскверняйтесь». Она содержит правила соблюдения святости.

При словах «святой человек» большинство из нас готовы сразу же представить себе мудрого всеведущего старца, непременно с длинной седой бородой, великого знатока Торы и кабалы, который все своё время проводит в молитве и изучении святых книг. Но дело обстоит совсем не так.

Оказывается, любой еврей, у кого есть возможность и желание развратничать и который, тем не менее, сумел это желание в себе подавить, называется святым. И человек, отказывающийся от некашерной пищи, тоже называется святым.

Законы о запрещённой пище и запрещённых половых отношениях Рамбам так и называет: исурей-кедуша – «запреты ради святости».

Свят человек, который не ест трефное мясо и мясное вместе с молочным. В главе «Шемини», где перечисляются запрещённые в пищу животные, прямо сказано: «Не оскверняйтесь ими... ибо Я – Г‑сподь, ваш Б-г, и освящайтесь, и будьте святы» (11:43, 44). Любой еврей, отказывающийся от запрещённой ему пищи, хотя он голоден, – свят.

Сказано в Мидраш раба (Бемидбар, 9:7): «Евреи называются святыми, если остерегаются разврата». В главе «Кедошим» перед перечислением запрещенных половых связей сказано: «И освящайтесь, и будьте святы, ибо Я – Г‑сподь, ваш Б-г» (20:7). Значит, если, например, человек полюбил чужую жену, но удерживается от греха, – он уже святой. Свят мужчина, который не сближается с женой, пока она не окунется в миквэ. Глава «Ахарей мот», говоря о запрещенных половых отношениях, предупреждает: не оскверняйтесь гнусными обычаями народов, живших на этой земле прежде вас (18:30). А стих в главе «Кедошим» (19:2) подтверждает: не нарушайте эти запреты – будьте святы. В другом стихе этой же главы, по завершении перечня наказаний за нарушения, снова повторяется: «Будьте же Мне святы».

Мы, евреи, должны быть святы во всем: и во взаимоотношениях с людьми, и в выборе пищи, и в семейных отношениях.

По правде говоря, не всегда легко быть святым.

Вспоминаю две истории.

Был у меня друг, благословенна его память (по понятной причине не называю имени), удивительно красивый и талантливый молодой человек. Он работал на предприятии в Москве, в бухгалтерии, и заметил, что одна привлекательная молодая сотрудница неравнодушна к нему: ищет повод побыть рядом, вертится перед глазами, кокетничает... Однажды вышло так, что после рабочего дня во всём здании остались только он и эта женщина. Зная себя и свою природную пылкость, он, как и положено еврею (вспомните Йосефа), чтобы избежать соблазна, просто-напросто удрал домой, бросив все срочные дела и рискуя навлечь на себя неудовольствие начальства. Такая победа над собой даётся нелегко, недаром он потом поделился со мной этим переживанием.

Вторая история такова. Не то в тридцать седьмом, не то в тридцать восьмом году сотрудница спецчасти вызвала одного еврея и сказала, показывая какие-то документы: «Этого достаточно, чтобы ты сел. Но ты мне нравишься. Будешь со мной – я все это уничтожу». Что делать? На правосудие рассчитывать в те годы не приходилось. Чтобы выиграть время, он несколько раз пригласил её в кино. А потом исчез из города, скрылся, бросив дом, родных, работу, порвав все связи, чтобы начать все заново на новом месте. Мне известна его дальнейшая судьба: он построил хорошую еврейскую семью и воспитал прекрасных детей.

О значении испытания в жизни и его преодолении мы не раз уже говорили (в связи с главой «Вайэра» книги «Берэшит», например). Всегда надо помнить: не было ещё случая, чтобы Всевышний подверг человека испытанию и не дал сил его выдержать.

В этой главе много говорится о святости во взаимоотношениях между людьми. Святость, оказывается, состоит в том, чтобы оставлять для бедных край поля, сада и виноградника (то есть не снимать с него урожай), не подбирать опавшие в поле и на винограднике колосья и ягоды, не задерживать выплату заработка наемному работнику, не мстить, не помнить зла и не проклинать, любить ближнего как себя, не говорить о людях дурно и не сплетничать, и ещё во многом другом.

Процитируем полностью начало главы.

«И Г‑сподь говорил Моше так: «Обратись ко всей общине с такими словами: «Будьте святы, ибо свят Я, Г‑сподь, ваш Б-г. Бойтесь каждый своей матери и своего отца, и субботы Мои соблюдайте. Я – Г‑сподь, ваш Б-г. Не обращайтесь к идолам и не делайте себе литых богов. Я – Г‑сподь, ваш Б-г» (19:1-4).

Какая связь между требованием бояться родителей, то есть почитать их, не возражать им и не оспаривать их суждений, не садиться на их обычное место за столом и т.п., и соблюдением субботы? Этот момент мы уже отмечали, говоря о главе «Итро» книги «Шемот». Остановимся на нём несколько подробнее.

Представьте себе, что отец или мать попросили вас вскипятить чай или купить что-нибудь в субботу. Как быть? Ответ прост: и отец, и сын подчинены Творцу. Поэтому хотя каждому предписано «бойтесь матери и отца», но – «субботы Мои соблюдайте», так как «Я – Г‑сподь, ваш Б-г» – Б-г и отца, и матери, и ваш. И это касается любого поступка, о котором просят вас родители, но который запрещён Всевышним. И вы, и родители подчинены воле Создателя!

А что значит «не обращайтесь к идолам»? Не занимайтесь изучением законов и обычаев служения идолам. И это относится не только к прямому язычеству, но и к самым «изысканным» явлениям культуры, вроде церковной архитектуры и музыки.

Зачем дальше добавлено «не делайте себе литых богов»? Разве первое уже не содержит в себе второе? Не совсем. Не делайте, даже если вы не собираетесь к ним обращаться. Строгость запрета усилена до того, что не только для самого себя, но и для нееврея еврей не должен изготовлять предметы языческого культа. Ни за какие деньги на свете. Это запрещено даже в ситуации, когда хозяин-нееврей приказывает рабу-еврею помочь ему в изготовлении или установке идола.

Заметил раби Давид-Моше из города Чорткова: все три стиха, следующие один за другим, кончаются словами «Я – Г‑сподь, ваш Б-г». Почему?

Раби объяснил это так. Речь идёт о трех разных периодах духовного состояния народа. Бывали времена, как, например, лет двести назад, когда евреи были усердны и в изучении Торы, и в службе Б-гу – в молитве – и делали много больше, чем обязаны. О таком периоде Всевышний говорит: «Это Мои люди! Я – Г‑сподь, ваш Б-г».

Времена эти прошли, рвение к Торе и молитве заметно ослабло.

Но такие заповеди, как требование уважать родителей и освящать субботу, соблюдались крепко. Творец ещё говорит: «Я – Г‑сподь, ваш Б-г».

Наступили плохие времена, уменьшилось уважение к родителям, небрежнее соблюдается суббота. Но если сохраняется хотя бы вера в Б-га («Не обращайтесь к идолам и не делайте себе литых богов»), не носят ещё еврейские парни комсомольские значки и не голосуют за «Мерец» – всё ещё «Я – Г‑сподь, ваш Б-г».

Создатель старается видеть хорошее в Своём народе.

* * *

В рассматриваемой главе содержатся два запрета на проклятия.

Сказано: «Не проклинай глухого» (19:14) – человека, который не слышит проклятий, а значит, не переживает из-за нанесенной ему обиды.

Говорится также: «Всякий, кто проклянет своего отца или свою мать, должен быть предан смерти» (20:9).

В главе же «Мишпатим» книги «Шемот» мы читали: «Судью не проклинай и вождя твоего народа не проклинай» (22:27). Под вождём подразумевается царь, который ведёт себя достойно, как полагается главе еврейского народа.

Итак, Тора запрещает проклятия и при этом конкретно указывает, кого проклинать нельзя.

А проклинать не глухого, и не судью, и не вождя народа, и не родителей – можно?

Тора приводит в пример разных людей: от самого незначительного – глухого – до самого выдающегося – вождя, чтобы сказать нам: проклинать нельзя никого. И самого себя в том числе.

Следом за запрещением проклинать Тора запрещает злословить и сплетничать. В главе «Тазриа» мы говорили о проказе как наказании за злоречие. Сам же запрет на злословие дан в этой главе.

Сказано: «Не ходи сплетником в твоём народе; не стой у крови твоего ближнего» (19:16).

В стихе содержатся два запрета. Почему они объединены?

...Дело было в России. Моего соседа задержали за нечто, нигде, кроме как в тех краях, не наказуемое. Надеясь помочь, друзья рассказали об этом знакомому следователю, тоже соседу. Тот обещал: «Я немедленно переговорю с кем надо, и его выпустят». И тут приходит болтун и рассказывает, что на одном вечере арестованный якобы отозвался об этом следователе как о халатном работнике. Тот вскипел: «Не буду я за него хлопотать, пусть сидит!» Человек был осужден и отсидел полный срок.

«Не стой у крови твоего ближнего» означает, что если кто-то попал в беду, надо сделать все возможное, чтобы его спасти, – нельзя стоять в стороне. Но если вы нарушили запрет «не ходи сплетником в твоём народе», может случиться, что человек, обидевшийся на другого из-за сплетни, откажется прийти ему на помощь.

Талмуд (Авода зара, 19Б) рассказывает, что рав Александри однажды возгласил: «Кто желает долголетия?» Пришли к нему люди за секретом долгой жизни. Он открыл им книгу «Тег̃илим» и прочёл в псалме 34-м: «Кто человек, желающий жизни, любящий дни, чтобы видеть благо? Оберегай язык твой от зла...»

Что называется сплетней и кто называется сплетником? Тот, кто пересказывает слова одного человека о другом, сообщая при этом факты, которые, став общеизвестными, могут этому второму повредить. Даже если эти факты подлинны – он творит зло. Настолько большое, что иногда это приводит к разрушению устоев мира. Только в одном случае можно говорить такую правду: если вы уверены, что принесёте этим пользу (например, предупредите человека, что компаньон, с которым он собирается открыть дело, – аферист и может его обмануть). Но и при этом соблюдаются определенные условия. Правила, кому и когда можно и когда нельзя сообщать такие вещи, достаточно сложны. В каждом конкретном случае надо обратиться за советом к раввину.

Раби Исраэль-Меир г̃а-Ког̃эн написал целую книгу о том, как осторожно надо обращаться со словом. Три её главных принципа – не сплетничать, не слушать сплетни и не доверять сплетням, если уж их услышал. Книга эта называется «Хафец хаим» – «Жаждущий жизни». Раби издал её анонимно, и весь еврейский мир был поражён: среди нас появился великий человек!

Поскольку у евреев все решает личное поведение, а не призывы, которые человек произносит, то, как рассказывают, зачастили к раби Исраэлю-Меиру «лазутчики». Они заводили с ним разговоры на разные темы, чтобы проверить, не проговорится ли он, не скажет ли что-либо из категории лашон г̃а-ра. Но такого не случилось ни разу! И «лазутчики» объявили, что раби Исраэль-Меир выполняет все, что написал в своей книге. По её названию раби г̃а-Ког̃эн, духовный вождь евреев Восточной Европы, один из крупнейших авторитетов в современном иудаизме, и стал известен впоследствии как Хафец Хаим.

* * *

«Не мсти и не помни зла сынам народа твоего, и люби ближнего твоего, как самого себя. Я – Г‑сподь» (19:18).

Здесь в одном стихе мы находим три заповеди.

Талмуд (Йома, 23А) объясняет, как понять «не мсти» и «не помни зла». Скажем, кто-то попросил соседа одолжить ему серп, а тот отказал. Назавтра отказавший в одолжении, в свою очередь, просит дать ему на время топор. И если первый говорит второму: «Ты мне отказал, так и я тебе не дам», – это называется мстить. А если он дал ему топор, но сказал при этом: «Я не то, что ты, ты-то мне серпа не одолжил», – он проявил злопамятность.

Весь еврейский народ – как единый человек. И у каждого своя роль. Один – голова, другой – рука, третий – нога и так далее. Каждый занимает своё место в цельном организме – народе Израиля. Если уж так случилось, что человек упал и ушиб руку, глупо бить ногу за то, что она споткнулась о камень.

А что значит «люби ближнего твоего, как самого себя»? Это значит – относись к здоровью, имуществу и достоинству другого, как к собственному. И старайся, чтобы между людьми царил мир.

Как связаны между собой эти три заповеди? Очень просто. Что мешает нам любить? Злоба и мстительность. Соблюдай две заповеди из разряда ло таасэ (не мсти и не злись) – и сможешь выполнить заповедь из категории асэ (любить).

Но что связывает эти три заповеди: не мсти, не помни зла и люби ближнего, как самого себя, – со словами «Я – Г‑сподь»?

Как-то очень давно слышал я такой рассказ. Есть в нём что-то от сказки про доброго царя, но в его основе, как подсказывают некоторые детали, лежит реальный факт. Впрочем, это и не важно. Можете отнестись к нему как к притче.

История эта произошла как будто бы после девятьсот пятого года, во время столыпинской реакции.

Один еврей оказался в очень тяжёлом положении: работы не было, долгов уйма, дочь обручил, а свадьбу сыграть не на что. Он вспомнил о друге детства, с которым учился в хедере и который стал потом купцом первой гильдии и поселился в Петербурге. Решил еврей поехать в Петербург и обратиться к товарищу. Купец тепло его принял: и работу предложил, и сумму ссудил достаточную, чтобы покрыть долги и сыграть свадьбу, – короче, всё учёл, вызволил из беды. Прощаясь, гость сказал ему: «Ты выполнил заповедь «люби ближнего, как самого себя» полностью. Приеду домой – напишу тебе».

Прошло недели две, а от уехавшего – никаких вестей. Странно!

Что произошло?

В Петербурге, как вы, наверно, знаете, евреям, за исключением купцов первой гильдии, жить запрещалось. И вот, когда этот иногородний еврей спешил на поезд, вдруг раздались выстрелы. Он побежал ещё быстрее – и привлек к себе внимание полиции. Его задержали. Приезжий путался в ответах, потому что не хотел говорить, где был, и полиция признала его виновником только что совершенного убийства генерала.

Купец увидел объявление о предстоящей казни террориста. Он пришёл посмотреть на казнь, и у него потемнело в глазах: его бедного товарища приняли за преступника! Купец прорвался к виселице с криком: «Вы казните невинного! Это я убил! Вешайте меня!»

Его товарищ, уже прочитавший предсмертную молитву, испугался: повесят его благодетеля! И тоже закричал: «Неправда! Это хороший человек! Убийство совершил я!»

Все растерялись – что за безумцы? Наперебой рвутся в петлю!

На площади присутствовал царь. Он велел остановить казнь и разобраться, в чём дело. В конце концов никого из них не повесили, а царь сказал: «Я вижу двух друзей, готовых отдать друг за друга жизнь. Я властелин огромной страны, но у меня таких друзей нет. Возьмите меня третьим!»

Если мы выполняем заповедь «люби ближнего, как самого себя», то Б-г хочет быть и будет с нами «третьим», то есть будет нам помогать. И то же касается двух других заповедей в этом стихе: «не мсти», «не помни зла» – и Б-г будет с тобой.